Неофициальный сайт Президента Приднестровской Молдавской Республики
Неофициальный сайт Президента Приднестровской Молдавской Республики

Неофициальный сайт

Президента Приднестровской
Молдавской Республики

Сегодня вторник, 21 ноября

Главная » Президент » Книги » Жить на нашей земле

Новости

Президент Приднестровья

28.12.2011
Для сведения СМИ

30 декабря в 11-00 в Приднестровском государственном театре драмы и комедии имени Н.С.Аронецкой (г.Тирасполь) пройдет церемония инаугурации избранного Президента ПМР Евгения Васильевича Шевчука.Журналистам, желающим принять участие…

подробнее…

27.12.2011
Бако СААКЯН поздравил Игоря Смирнова с Новым годом и Рождеством Христовым

Президенту ПриднестровскойМолдавской Республикиг-ну Смирнову И.Н.  Уважаемый Игорь Николаевич!Примите мои искренние поздравления с Новым годом и Рождеством Христовым!Пусть наступающий год станет для народа братского Приднестровья годом мира…

подробнее…

Президент Приднестровья

Быстрый поиск
по сайту

расширенный поиск


 

Внешняя политика должная быть последовательной, активной и прагматичной


За одиннадцать лет Приднестровская Молдавская Республика стала государством, на деле доказавшим свою жизнеспособность, государством, которое строит свои отношения с мировой системой, основываясь на принципах равноправия, многостороннего сотрудничества, добросовестного выполнения взятых на себя международных обязательств, невмешательства во внутренние дела иных государств, урегулирования любых споров и разногласий исключительно мирными средствами. Приднестровцы демонстрируют всему миру свою готовность и способность выступать честными и эффективными партнерами.
Не побоюсь обвинения в том, что постоянно в этой книге возвращаюсь к причинам, вызвавшим создание нашей Республики, и к первым годам ее существования.
Дело в том, что это - отнюдь не назойливо повторяемый рефрен, как в модной песенке, состоящей из пары фраз, без какой бы то ни было смысловой нагрузки. Здесь причина столь частого повторения заключается в глубоком смысле фразы о том, что Приднестровская Молдавская Республика, как государство, была создана в качестве меры защиты граждан, для их спокойной и нормальной жизни.
На эту цель сориентирована внутренняя политика приднестровского государства, а внешняя политика обращает эту цель вовне, в сферу межгосударственных отношений.
Соответственно, главной целью внешней политики, проводимой ПМР, выступает создание нормальных международных условий для приднестровского народа, отстаивание интересов народа Приднестровской Молдавской Республики на международной арене, укрепление позиций Приднестровья.
...Когда все только начиналось, наши международные контакты (если их можно было так назвать) были резко ограничены из-за того, что еще существовал Советский Союз, и отношения между союзными республиками, как субъектами, входившими в его состав, к области международных или межгосударственных отношений отнести даже с большой долей натяжки было сложно.
Да, в общем-то, и целей организации специальной дипломатической службы у нашего государства вначале не было, - время казалось, что все это скоро закончится и можно будет спокойно заниматься нормальной работой.
Контактами с центральными органами СССР - ЦК КПСС, Верховным Советом СССР, Советом Министров СССР - занимались первоначально депутаты Временного Верховного Совета, а затем и постоянного Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики.
Кроме того, так как мы понимали важность формирования общественного мнения, в регионах формировались группы депутатов для поездок по союзным республикам, - в Белоруссию, на Украину и так далее.
Группы эти подбирались приблизительно так: "Кто у тебя там есть? Родственники?.. Хорошо! Поедешь в Киев!..". Так, например, нашу делегацию в Туркмению возглавлял первый Прокурор В.К.Чарыев, туркмен по национальности.
И ехали, и ходили, и рассказывали, и доказывали...
Однако наши задачи – а теперь понимаешь отчетливо, что это были сверхзадачи, потому что в Киеве сидел пан Кравчук, а в Минске - пан Шушкевич, без пяти минут беловежские преступники - оставались невыполненными.
В тех самых кабинетах, куда правдами и неправдами добирались приднестровцы, как раз вынашивались и разрабатывались планы рассечения - по живому телу - единого государства. Чем, скажем, Шушкевич или Кравчук лучше тех же Снегура, Мошану, Хадыркэ со товарищи? А ничем! Отличались только своим славянским происхождением. Но националистами были они махровыми, а любой национализм - это зло. Они жаждали власти, а вовсе не пеклись о благе своих народов, они жаждали из второстепенных, провинциальных боссов превратиться в боссов номер один с ни чем не ограниченной властью. О последствиях процессов суверенизации и создания независимых государств для людей, о благе которых они якобы заботились, не болела у них голова и не мучила сомнениями спавшая глубоким летаргическим сном совесть.
Наша тогдашняя цель - сохранить Приднестровье в составе СССР - была невыполнима уже хотя бы потому, что Советского Союза как такового, к концу 1990 года практически не существовало, была лишь оболочка, видимость, да и ей оставалось совсем недолго.
...Особые слова признательности я хотел бы обратить к тем, кто в начальный период занимался по-настоящему народной дипломатией, и в первую очередь к представителям трудовых коллективов Приднестровья, членам Объединенного Совета трудовых коллективов, депутатам местных Советов и Верховного Совета ПМССР.
Они делали все возможное - и невозможное! - для того, чтобы правда о народе Приднестровской Молдавской Республики, борющемся за свои права, доходила до народов России, Украины, Белоруссии и других Республик.
Сколько было их, этих поездок, сколько было встреч на предприятиях, где такие же рабочие и инженеры, как и посланцы Приднестровья, слушая их страстные выступления, открывали для себя истину - без прикрас, без наслоений лжи или полуправды, которыми тогда буквально пичкали читателей и зрителей все средства массовой информации.
И как разнилось отношение настоящих людей труда от отношения чиновников-трутней, распоряжавшихся судьбами сотен тысяч и миллионов россиян, украинцев и белорусов!
Именно людьми труда мы были приняты и поняты, и это понимание, и искреннее желание помочь – бесценно. Здесь не было уверток и иносказаний дипломатических переговоров, здесь нам говорили прямо и открыто: "Мы в вас верим, вы - наши, и дело ваше - правое!".
Помните, я писал о том, что в 1989 году, когда народ Приднестровья выступил против национализма, начав политическую забастовку, в Кишиневе из кожи вон лезли, чтобы доказать: не народ, а "белые воротнички” всему причиной?..
Какие там "белые воротнички"! Республика была создана самим народом, по его воле, и развитие народной дипломатии с особой силой это подтверждало.
И как не провести параллель между нашими "дипломатами" от станка, от кульмана, от школьной доски с мелом, от хирургического стола, от музейных стендов, и рафинированным, великолепно подготовленным профессиональным дипломатом Козыревым - этакой, извините, бякой с прекрасной дикцией и высокой эрудицией.
Разные были интересы, разные подходы: приднестровцы изо всех сил бились за сохранение единой и могучей державы, Козырев и иже с ним - разрушали. И разрушили, ввергнув миллионы людей в бедность, нищету, неустроенность, а главное - в неуверенность в дне завтрашнем, когда человек постоянно ощущает себя на вулкане и думает: взорвется или нет?..
И еще раз, и в который уже раз, задаю сам себе вопрос: как могли граждане великого государства идти на поводу высокопоставленных преступников, почему не встали единой стеной в защиту своих собственных судеб, в защиту будущего своих детей, обреченных на прозябание?…
Но вопрос этот - без ответа...
...После распада СССР менялись и векторы внешней политики Приднестровской Молдавской Республики. Волей-неволей проходилось искать нишу в новых реалиях политической и экономической жизни государств.
Однако главный и основной вектор был неизменен - остаться вместе с великими славянскими государствами - с Россией, с Украиной.
И только так!
Может быть, кто-то посчитает подобный подход странным, и скажет: "Пытаетесь усидеть сразу на двух стульях!..”
Да нет, просто мы пытаемся создать нормальные условия жизни для приднестровцев, большая часть которых, включая и молдаван, ориентируется на Россию и Украину, в первую очередь и из-за родственных связей, и из-за возможности сохранения доступа к достижениям культуры славянских народов, возможности продолжения образования, функционирования экономики и так далее. Да что тут много говорить: это ведь свое, родное, впитанное вместе с молоком матери!
...Еще в 1991 году было создано в Приднестровской Молдавской Республике Республиканское Управление внешних связей, из-за объективных обстоятельств это ведомство активно внешней политикой не занималось, ибо в первый период продолжались контакты на уровне Верховного Совета Приднестровской Молдавской Республики и Верховных Советов Российской Федерации и Украины.
Кстати, мы вообще не форсировали создания Mинистерства иностранных дел, пойдя по совершенно иному пути. В октябре 1992 года была введена должность Государственного секретаря, в круг обязанностей которого были включены и проблемы реализации на практике внешнеполитического курса Приднестровской Молдавской Республики. Государственным секретарем Приднестровской Молдавской Республики стал В.А.Лицкай, пришедший в государственные органы Приднестровской Молдавской Республики еще в 1990 году и с течением времени ставший профессионалом своего дела. Был сформирован необходимый аппарат, началась координация процессов разработки различных документов, экспертная работа.
А собственный МИД у нашей Республики появился лишь в октябре 2000 года, через десять лет после провозглашения Приднестровской Молдавской Республики. Возглавил его опять-таки В.А.Лицкай, приобретший за эти годы значительный багаж на дипломатическом поприще.
Был в истории нашей внешней политики период очень активной работы с регионами России, причем, кроме вопросов, связанных с разъяснением ситуации, сложившейся в связи с агрессией Молдовы против Приднестровской Молдавской Республики, решались и столь жизненно важные для приднестровцев экономические вопросы, подписывались двусторонние соглашения.
В этой связи особенно плодотворной была поездка большой делегации в ноябре 1992 года на Урал, в Сибирь и на Дальний восток. За десять дней было сделано немало, именно в плане установления прямых контактов.
Были также установлены самые тесные контакты с государствами, чье положение и статус были схожи с нашими, - с Южной Осетией, Республикой Абхазия, Нагорным Карабахом. Неважно, что по этому поводу злопыхатели изощрялись в остроумии: “Тоже создали СНГ - союз непризнанных государств!"... Собака лает, а караван идет! Мы координировали свою деятельность, учились друг у друга, учились не повторять чужие ошибки, делились своим опытом.
Однако, главным направлением в нашей внешнеполитической деятельности - и это естественно - была работа с центральными органами Российской Федерации, сначала с Верховным Советом, а затем, после событий октября 1993 года, - с Государственной Думой и Советом Федерации, с Президентом и Правительством России.
Значительную сложность в этой работе представляло то, что довольно часто менялись в России премьер-министры: только, будто бы наладились какие-то связи, только подготовили документы к подписанию, и вдруг - бах! Он уже и не премьер. И начинай все снова, с чистого листа…
В условиях нашей политической непризнанности, да и экономической нестабильности тоже (в то время быстрыми темпами нарастали процессы свертывания промышленного и сельскохозяйственного производства, критическим было положение в сфере денежного обращения, связанное с необходимостью использования старых советских дензнаков с наклеенными марками, с постепенным переходом к своей собственной денежной единице, установлением путем проб и ошибок ее курса), требовалось доказать нашу состоятельность, доказать, что с нами стоит иметь дело, что не нахлебниками и прихлебателями хотим мы быть, а государством, граждане которого хотят заниматься созидательные трудом, что наши трудности - преходящи, а желание работать у приднестровцев - постоянно.
Было множество встреч не только на самом высоком уровне руководства России, но и просто с влиятельными людьми, которые были в состоянии авторитетом своей личности оказать воздействие на развитие событий, на принятие необходимых решений.
Из всех этих контактов - а месяц от месяца, год от года они нарастали - постепенно вырисовывалось главное: для Приднестровской Молдавской Республики необходимо отстаивать свои государственные интересы с учетом интересов России и Украины.
И еще один важный вывод: у этих государств есть свои собственные интересы, которые не во всем и не всегда совпадают с нашими. Были за это время и горькие разочарования, когда явно становилось видно, что нас иногда попросту использовали, обещая невыполнимое, давая, на первый взгляд, дельные советы, которые на поверку оказывались чистой воды блефом.
Хотя наивно было бы ждать чего-либо иного в сфере межгосударственных отношений!
Но мы, избавившись от определенной доли романтизма и глядя на политику абсолютно прагматично, тем не менее, считали и считаем, что в международных отношениях возможно честное партнерство, и надеемся на подобный же подход своих визави на международных переговорах всех уровней.
Это осознание имело и еще один положительный аспект. Мы обрели еще большую уверенность в правильности курса на построение независимого государства, экономически самодостаточного государства.
Да, приднестровская экономика "завязана" на российские рынки сбыта. А от того, насколько велик будет сбыт наших товаров, зависит наполняемость государственного бюджета, а значит, и развитие социальной сферы. Все скачки российского рубля, дефолты и экономические кризисы мы ощущали очень болезненно. И даже прогнозируя такую возможность, что мы могли, скажем, в августе 1998 года противопоставить мощному удару по нашей экономике? Ни золотого запаса в подвалах Приднестровского Республиканского банка, ни экономической подпитки с Запада...
Для нас - как в случае с обледенением в ноябре 2000 года - при активном поиске честных партнеров, лозунг остается один: опора на собственные силы, нахождение резервов для развития производства.
Экстремальные условия, как это ни парадоксально, заставляют не расслабляться, а искать пути и способы развития.
И ведь ни в России, ни на Украине, ни в Молдове люди в массе своей не живут лучше, чем приднестровцы, а это говорит о том, что при всех наших трудностях, мы пытаемся делать максимум возможного.
Недавно телевидение Приднестровской Молдавской Республики проводило опрос на улицах Тирасполя, и телевизионщики наткнулись на женщину, недавно переехавшую в Приднестровье из молдавского городка Леово. Она сказала буквально следующее: " Люди! Вы не сравнивали, а я могу сравнить, как живется здесь, в Приднестровье, и как там, в Молдове. Мне дети купили квартиру в Тирасполе, и я переехала. Так вот, когда среди зимы вошла в свою новую квартиру, а там - теплынь, батареи горячие, свет горит и вода горячая из крана течет, вспомнила, как сидела без тепла и электричества, как по многу часов выстаивала, чтобы набрать ведро воды, - и заплакала от счастья!..". Комментарии, думаю, излишни.
А нас все время усиленно пытаются затолкать в Молдову... Заметьте, опять насильно, не спрося народ Приднестровья, а хочет ли он туда?..
Ведь уже дважды такие "эксперименты" над приднестровцами проводили - в 1924 и в 1940 годах... Народ, получается, это что-то вроде безгласного приложения к заводам и сельхозугодьям! А как же быть тогда с нормами демократического цивилизованного общества, где благо народа - высший закон?..
Вот над нами все хихикали в свое время: "Референдумы они, видите ли, проводят!". А чего ж было хихикать: вам-то, господа хихикающие, слабо провести референдум?.. Ведь референдум, это, можно сказать, наиболее действенный элемент проверки правильности политической линии государства, демократия в действии, а не зафиксированные на бумаге декларации или предвыборные причитания политиков о том, как они жаждут демократии, радеют о ней, о том, какие они абсолютные демократы.
Развитие процессов все более убеждает приднестровцев в том, что наша внешняя политика должна быть последовательной, активной и прагматической. Такого подхода мы и придерживаемся.
...Соседей не выбирают, их дает Бог. Наши взаимоотношения с соседней Республикой Молдова прошли целый ряд ступеней - от стадии запугивания приднестровцев официальным Кишиневом за создание своего государства - Приднестровской Молдавской Республики, через открытую военную агрессию Республики Молдова против народа ПМР, - к стадии ведения переговорного процесса в целях урегулирования и нормализации отношений.
С Президентом Молдовы М.Снегуром мы начали общаться уже после окончания боевых действий в 1992 году. Как ни странно, но с убежденным националистом Снегуром вести переговоры было проще, ибо он был достаточно откровенен: "Молдова идет в Румынию, а вы - идите себе с Богом, куда хотите!". Хотя на публике, естественно, только и твердил о территориальной целостности Молдовы и ее суверенитете. Надо, однако, отдать ему должное: если он что-то подписывал, то шло определенное выполнение. Да к тому же в те времена и в Правительстве Молдовы еще сохранились специалисты-профессионалы...
Следующий Президент Молдовы - П.Лучинский - из вполне определенной категории комсомольских деятелей - молодых, энергичных, подающих большие надежды краснобаев, прошедших школу подличанья, где главный принцип, как в курятнике: забраться, как можно выше, и, пардон, полить экскрементами нижесидящего.
Для Лучинского - а он успел побывать в Молдове первым секретарем ЦК КПМ, вернувшись из Москвы осенью 1989 года и убыв обратно приблизительно через год - всегда было характерно "надувание щек", многозначительность, постоянные попытки придания себе добавочного политического веса, и, как у всякого партработника, - масса удивительно правильных фраз о красивой жизни...
За частоколами этих фраз вырисовывалась совсем иная фигура политика - политика, на которого нельзя положиться даже в мелочах, политика, в арсенале которого главное средство - ложь.
Именно Лучинский всячески старался "натравить" на Приднестровье Россию, пытаясь использовать вопрос о военном имуществе, как яблоко раздора.
Именно Лучинский, при всех своих рассуждениях о светлом будущем, на встрече в Одессе отказался подписать документ о признании документов, выдаваемых компетентными органами Приднестровской Молдавской Республики. Причем, в данном вопросе настаивали Черномырдин и Кучма, а Петр Кириллович подумал-подумал да и отложил ручку. А вопрос-то был из области гуманитарной: дать людям возможность не мыкаться по кабинетам, дать возможность школьникам после окончания учебы продолжать обучение в вузах Молдовы на основании своих аттестатов и тому подобное.
А чего стоят попытки втянуть Приднестровскую Молдавскую Республику в какие-то политические игры накануне очередных выборов Президента Республики Молдова в 2001 году?.. Лучинский все время настаивал на "тайных встречах". Ох, и любит же он напускать туман!
Впрочем, это, видимо, определенный стиль руководства: пряча от народа процесс принятия решений, такие руководители берут на себя слишком много, ведя этот народ неизвестно куда, командуя им по собственному разумению.
Подобные "тайны мадридского двора" - не для нас. Мы считаем, что тайные переговоры за спиной народа ни в коем случае вестись не должны. Наоборот, мы стараемся максимально подробно осветить все вопросы внешней политики для граждан Приднестровья, по результатам той или иной встречи происходит обсуждение в Верховном Совете ПМР, подробно освещаются они и для средств массовой информации на пресс-конференциях. Это стало уже традицией.
Открытость и ясность, я бы сказал, честность политики Приднестровской Молдавской Республики - и для своих граждан, и для партнеров по переговорному процессу - характерная черта внешнеполитического курса нашего государства.
Для периода президентства Лучинского, на фоне псевдозаботливых фраз о благе народа Молдовы, характерно реальное сближение Молдовы с Румынией, с НАТО, затягивание на шее народа долговой удавки посредством безудержного заимствования (где только подадут!) и мгновенной растраты заимствований так, что долги будет вынуждено платить не одно поколение. И самое, пожалуй, страшное: воспитание у собственного народа иждивенческих настроений: "Работать пока нет необходимости, нам и так все, что необходимо, дадут добрые дяди с Запада, чтобы мы нормально жили и боролись с бедностью!" Но ведь это же просто оскорбительно для человека - быть в положении нахлебника с вечно протянутой для подаяний рукой...
…И вот уже третий Президент Республики Молдовы, В.Н.Воронин, пришедший к власти на волне всенародного возмущения политикой разграбления национального достояния, на волне участия в выборах так называемого "протестного электората", пообещавший в предвыборном запале, что Молдова войдет в Союз России и Беларуссии, а также то, что в Молдове будет введен второй государственный язык - русский, и получивший за счет этого на выборах большинство голосов избирателей.
Как будет новый Президент выполнять свои предвыборные обещания?…
Поживем - увидим.
Другое дело, что объективно ситуация для Молдовы складывается так, что спустя десять лет после провозглашения своей независимости, она практически полностью ее утратила, ибо экономическая зависимость не позволяет проводить независимую политику - ни внутреннюю, ни внешнюю. Именно внешний диктат определяет характер и направленность реформ в экономике, вплоть до структурных изменений.
Подчеркну, что эта ситуация - полной зависимости от финансовой подпитки Запада - носит объективный характер и, пожалуй, никак не может быть изменена пришедшими сегодня к власти коммунистами.
Это, как в пословице: "Коготок увяз, всей птичке пропасть"... А у Молдовы не то, чтобы только коготок увяз; она в долгу, как в шелку, а внутренних резервов нет, прежде всего, потому, что все выделенные международными организациями кредиты не направлялись на развитие реального сектора экономики, а безудержно разворовывались.
Даже самый безудержный оптимист вынужден был бы признать, что финансовое состояние Молдовы полностью исключает возможность выделения сумм, необходимых для обслуживания гигантского внешнего долга (а он по данным МВФ составил более одного миллиарда долларов и продолжает расти), ибо в течение сравнительно небольшого периода ей предстоит погасить сумму в размере собственного годового бюджета, что попросту немыслимо.
Понимая это, к настоящему времени даже западные стратеги попридержали кредитование Молдовы, где деньги исчезают, растворяясь в воздухе без следа, почище, чем у великих фокусников типа Дэвида Коппер-филда. 0стался лишь один канал финансовых вливаний - Программа борьбы с бедностью Международного валютного фонда, которая предусматривает выделение 142 миллионов долларов в течение трех лет.
Развал экономики привел к власти коммунистов, но им не позавидуешь, ибо к Молдове вполне может быть применен так называемый “Болгарский вариант", когда от внешних заимствований всего лишь за восемь лет Болгария пришла не больше не меньше, как к полной смене властной вертикали и к установлению внешнего управления.
Как известно, геополитическими последствиями “Болгарского варианта" стали: полное вытеснение с Балкан России, сделавшей ставку на левые силы Болгарии, но не оказавшей им необходимой поддержки, и переход Болгарии в сферу безраздельного влияния НАТО.
Если принять во внимание смену власти в Югославии, то становится ясно, что для России дверь в "Балканский коридор" закрыта накрепко.
Но это все-таки там, на Балканах...
Когда же речь идет о Молдове, то это уже здесь, в СНГ, в непосредственной близости к границам России, в зоне ее непосредственных интересов.
Не пора ли, в самом деле, России, которая в лице Государственной Думы еще в ноябре 1895 года признала Приднестровье зоной своих особых стратегических интересов, закрепив это в соответствующем Постановлении, перестать ловить увертливого молдавского журавля, давно окольцованного и пойманного в сети западными специалистами своего дела, и разглядеть скромную приднестровскую синицу, которая всеми силами доказывает свою жизнеспособность и одновременно готовность блюсти эти самые стратегические интересы России?…
Внешнеполитический вектор Молдовы, как стрелка компаса, ориентированная строго на север, всегда точно будет показывать только туда, где платят. А для приднестровцев, перенесших за эти годы много испытаний, понятия долга и чести отнюдь не эквивалентны суммам в у.д.е., ибо далеко не все продается и покупается.
К сожалению, приднестровская проблема через призму МИДа России (ох, уж этот МИД со своим тяжким козыревским наследством!) видится упрощенной до уровня схемы.
Суть этого схематично-ущербного подхода в том, что официальные отношения во всех сферах поддерживаются только с руководством Республики Молдова в радужной надежде сохранить Молдову в сфере влияния России. Молдова признается единым и неделимым государством, а Приднестровье - ее неотъемлемой "мятежной" частью, и таким образом приднестровская проблема видится в качестве внутреннего дела самой Молдовы.
Устами мидовцев - да мед бы пить, когда они сейчас слагают панегирики Молдове, которая якобы, уже совсем переориентировалась на Россию.
Не надо эйфории! Молдова жаждет выступить по отношению к России в роли той самой коровы, которая ест травку тут, а молоко дает заграницу: почему бы, в самом деле, не использовать российскую электроэнергию, газ и нефть опять-таки для увеличения отнюдь не государственных счетов в заграничных банках?..
Сейчас взахлеб твердят: Молдова провозгласила курс на вступление в Союз России и Белоруссии. Да, полно! Будет ли это? Позволят ли западные хозяева, заказывающие музыку?.. Сомнительно. Правда, возможна и своеобразная лакмусовая бумажка, позволяющая выяснить искренность намерений: приднестровская сторона на последних переговорах с Президентом Ворониным предложила Молдове в одностороннем порядке отказаться от Стамбульских договоренностей, обязывающих завершить вывод российских войск и вооружений из Приднестровья к 2002 году. Теперь остается лишь ждать реакции, так же, как и в случае с вопросом об осуждении Молдовой агрессии против народа Приднестровской Молдавской Республики.
И опять набившее оскомину: "признанные-непризнанные"...
В переговорном процессе может быть только равенство сторон для того, чтобы переговоры шли нормально. Нам же все время что-то хотят "дать", в частности статус - статус расширенной автономии. Полноте! Ничего нам не надо давать, у нас уже есть все, построенное своими руками, своим интеллектом, ценой неимоверных усилий.
Стоит ли так кичиться тем, что Молдова - "признанная страна"? И одновременно Президент Воронин говорит, что у этой страны "руки-ноги в Приднестровье остались" (то есть имеется в виду наш промышленный потенциал). Да не было бы давно и этого промышленного потенциала, будь Приднестровье в составе Молдовы, давно бы его по ветру пустили и по миру с сумой бы ходили! Опять ощутили мы смесь барственности и коммунистического диктата: "Мы будем определять, как вам жить и работать!". И как только не понимают господа переговорщики, что ведь это же высшее оскорбление - считать человека тягловой силой, приложением к машинам и заводским зданиям.
Давайте же, наконец, жить нормально, в рыночных отношениях, когда ни один регион не живет за счет другого. Пора уже перестать разевать рот на чужой каравай. Другого и быть не должно, потому, что каждый должен жить своим трудом. Посягать на результаты нашего труда, грабить приднестровский народ мы не позволим.
Кстати, именно это изначальное неравенство сторон и предопределило переговорный процесс между Приднестровской Молдавской Республикой и Республикой Молдова, как долгий и очень трудный!
Начался он лишь спустя два года после окончания вооруженной агрессии Молдовы против Приднестровья, апреле 1994 года, с участием в качестве страны-гаранта России и в качестве посредника – ОБСЕ. Позже к переговорам в качестве страны-гаранта подключилась и Украина.
За семь лет подписано 65 документов, эффективно зарекомендовал себя механизм четырехсторонней миротворческой операции.
Главной задачей, которую ставила перед собой Приднестровская Молдавская Республика за два года переговоров, была важнейшая после окончания войны задача - обеспечение безопасности, невозможности повторения того, что случилось в 1992 году.
Так, в июле 1995 года было подписано Соглашение о неприменении во взаимных отношениях военной силы и экономических санкций, одновременно подписан Протокол согласованных вопросов, в котором закрепляется положение о том, что Приднестровье имеет право принятия своей Конституции, законов и иных нормативных актов, своей символики.
Затем переговоры были нацелены на разработку первичных основ взаимоотношений между Республикой Молдова и Приднестровьем. Здесь важным этапом, безусловно, стало подписание 8 мая 1997 года в Москве Меморандума "Об основах нормализации отношений между Республикой Молдова и Приднестровьем”, определившего основные принципы взаимоотношений и закрепившего ряд достигнутых ранее договоренностей.
В соответствии с меморандумом, Приднестровье получило право самостоятельно устанавливать и развивать экономические, научно-технические и культурны связи с другими государствами.
Большое значение имело также и то, что меморандум обязывал стороны решать все проблемы взаимосогласованно.
На третьем этапе переговорного процесса Приднестровская Молдавская Республика сделала все возможное для того, чтобы декларированные принципы стали претворяться в реальность. Так, по инициативе Приднестровской Молдавской Республики обсуждались вопросы создания договорно-правовой базы по всему спектру взаимоотношений, шел интенсивный поиск взаимоприемлемых решений по наиболее острым вопросам, разрабатывались механизмы взаимовыгодного торгово-экономического сотрудничества на основе принципа равенства сторон и баланса их интересов.
Что видится нам в качестве цели, к которой мы должны постепенно продвигаться?..
Полное урегулирование и нормализация отношений между Приднестровской Молдавской Республикой и Республикой Молдова во всех областях.
Это наконец позволит поставить точку и окончательно перевернуть черные для народов наших стран страницы истории.
Именно полная нормализация - по всему спектру взаимоотношений - только и может привести к созданию зоны стабильности и безопасности в регионе, который уже достаточно долгое время является зоной напряженности.
Такой нам видится цель. И я глубоко уверен в том, что добрая воля обеих сторон, при активном содействии стран-гарантов - России и Украины и посредника - ОБСЕ, может и должна привести к взаимоприемлемому варианту разрешения еще существующих противоречий.
Объективно оценивая ситуацию и уже сложившиеся между Приднестровской Молдавской Республикой и Республикой Молдова отношения, не желая игнорировать происходящие во всем мире интеграционные процессы, мы выступаем за создание устойчивой модели сосуществования с Молдовой в ассоциированных отношениях.
Приднестровцев ни в коей мере нельзя обвинить в том, что у нас отсутствует желание договориться, в том, что мы неуступчивы и навязываем свою волю партнеру.
Мы не ведем переговоры только для того, чтобы вести переговоры. Приднестровским дипломатическим инициативам всегда было свойственно желание сохранить тесные связи народа Приднестровской Молдавской Республики с народом Молдовы. Для того, что убедится в этом, достаточно наши инициативы ретроспективно проанализировать, - от автономии и свободной экономической зоны, к предложению о создании федерации с Республикой Молдова, а затем - к предложению о создании общего государства на конфедеративной основе... (Скорее, в неуступчивости и моновариантности можно обвинить наших партнеров по переговорам из Кишинева).
Но ведь, если вдуматься в саму формулировку вопроса, вынесенного в бюллетень для голосования на Референдуме 1 декабря 1991 года: “Вы за независимость Приднестровской Молдавской Республики в политическом и экономическом союзе суверенных государств?", то приднестровцы с самого начала не твердолобо стояли на позициях “полной и абсолютной независимости", ибо “полная и абсолютная" это миф, а на практике получается схема: "незалежность - незаможность", что на украинском языке означает "независимость - бедность", причем бедность в данном контексте выступает не только в качестве чисто экономической категории, но и в качестве обеднения духовной жизни на основе философии изоляционизма.
Мы считали и считаем, что, чем больше взаимных контактов и связей будет, тем больше пользы получат и народ Приднестровской Молдавской Республики, и народ Республики Молдова.
По нашему мнению, воплощением на практике интеграционного варианта могло бы стать создание межгосударственной ассоциации на договорной основе.
В качестве аналога можно привести пример общего государства - Боснии и Герцеговины.
Разрабатывая концепцию ассоциации, Приднестровская Молдавская Республика исходит из того, что государства, входящие в нее будут строить свои отношения на договорной основе, а методы взаимодействия будут определяться Соглашением о разграничении полномочий сторон. При этом такие категории, как независимость, суверенитет и государственность Приднестровья должны остаться незыблемыми.
О нашей доброй воле и стремлении договориться говорит многое. Например, в Конституцию Приднестровской Молдавской Республики внесена норма о том, что осуществление полномочий органов государственной власти может быть делегировано посредством принятия конституционного закона иному государству, либо наднациональным органам, если это не повлечет за собой ограничений прав и свобод граждан, не будет противоречить основам конституционного строя и не будет означать для Приднестровской Молдавской Республики отказа от суверенитета.
Нормализация отношений с Молдовой, их полное и окончательное урегулирование – это, прежде всего, определение полноценных межгосударственных отношений равных субъектов в рамках общих границ и общих пространств, внутри которых возможно взаимное делегирование полномочий и разграничение их.
Но это пока - лишь перспектива, а на ближайшее время в качестве проблемы номер один выдвигается разработка всеобъемлющего Соглашениях о политических, экономических, военных, социальных и иных гарантиях, а затем должен появиться и механизм реализации данного Соглашения, контроль за соблюдением которого должны взять на себя страны-гаранты Россия, Украина и посредник в переговорном процессе – ОБСЕ.
Хочется все-таки надеяться на то, что новое руководство Республики Молдова - в лице Президента Воронина и Парламента - будет готово сделать свои шаги навстречу. Пока, правда, об этом говорить еще рано.
А следовало бы все-таки учесть ошибки предыдущих руководителей Молдовы, по вине которых переговорный процесс пробуксовывал.
Главными причинами топтания на месте, на мой взгляд, были, с одной стороны, невыполнение руководством Молдовы уже подписанных документов, а с другой стороны, отношение Российской Федерации и Украины - стран-гарантов к Приднестровью, как к неравной стороне в переговорах.
Кроме того, ни Россия, ни Украина не старались влиять на Молдову в плане того, чтобы то, что было подписано, выполнялось, да и сами тоже не спешили выполнять.
Пример?.. Пожалуйста! Меморандум об экономическом сотрудничестве Российской Федерации и Приднестровской Молдавской Республики, разработанный и парафированный год назад, до сих пор не подписан.
А вот и еще пример: Приднестровье провело процедуру ратификации всех основных документов переговорного процесса через Верховный Совет Приднестровской Молдавской Республики и приняло их к неукоснительному исполнению.
Руководство же Молдовы ни один (!) подписанный документ через Парламент не проводило, и даже более того, - не знакомило депутатов с содержанием документов, от которых, по логике вещей, зависит решение одной из важнейших для Молдовы проблем.
Ну, а раз так, то каждый новый состав Правительства Молдовы (а их сменилось ни много, ни мало – восемь) имеет полное основание ставить под сомнение необходимость выполнения содержащихся в них обязательств.
Что это означает? Это означает, что эффективность переговорного процесса стремится к нулю, авторитет участников (включая гарантов и посредников) снижается, а главное - окончательное урегулирование отдвигается на неопределенное время, что совсем не в интересах народов Молдовы и Приднестровской Молдавской Республики.
Существует и еще один аспект, о котором не следует забывать, - так как переговорный процесс затягивается, Приднестровье и Молдова развиваются самостоятельно и независимо друг от друга, причем в различных направлениях, что делает процесс их последующего сближения все более и более проблематичным.
Причем, эти несовпадения касаются уже буквально всех сфер, начиная с общей ориентации Молдовы на Запад, а Приднестровья - на Восток, от формы правления - в Приднестровье - президентская, в Молдове -парламентская, денежной единицы - молдавский лей и приднестровский рубль, и кончая различными системами образования.
Противоречия, начав формироваться в конце восьмидесятых годов, из языковой и внутриполитической сферы, постепенно переместились в социально-экономическую и финансовую области, и, наконец, даже в область геополитики.
Мы, безусловно, выступаем за активизацию переговорного процесса, но отнюдь не за очередные "кавалеристские наскоки" в подходах к решению задач создания Общего государства.
Мы уже столько за прошедшие годы перевидали таких "кавалеристов”, которые считали, что все можно уладить чуть ли не за пару недель. Правда, как правило, это были представители не Молдовы, а других государств или международных организаций, которые исходят из того, что договориться можно быстренько, вот и торопят: "Скорее, скорее!".
Подобная "резвость" могла, быть может, кое-кому и пригодиться. Но в разрешении проблемы, которой пошло второе десятилетие и за которой - судьбы людей, такая спешка просто безответственна.
Да, мы за активизацию переговорного процесса и готовы убирать с его пути любые преграды. И, опять-таки, не только декларируем свою готовность, а реально демонстрируем добрую волю, как в случае с помилованием в начале мая 2001 года молдавского террориста Илашку.
Все вместе - и Молдова, в лице своего нового Президента, и ОВСЕ и ПАСЕ, и Россия с Украиной, - все уверяли нас, что передача Илашку Молдове продвинет переговоры и процесс пойдет семимильными шагами. Насчет семимильных шагов, мы, понятное дело, не обольщались, но скрепя сердце все же решили внять таким дружным просьбам и пойти на это помилование.
Легко ли мне, как Президенту Приднестровской Молдавской Республики, далось это решение?
Сказать, что тяжело, значит, ничего не сказать. Я сделал это, как Президент, хотя, как человек и соратник тех, кого убили террористы, попросту сам себе наступил на горло.
Я презираю террористов, несущих смерть людям, использующих бесчеловечные методы для решения каких-то политических вопросов. Я презираю Илашку и всех его сообщников, и тех, кто направлял их человеконенавистничество против приднестровского народа и его лучших сынов.
Конечно, заранее ясно представлялась мне и резко отрицательная реакция, которую вызвало данное помилование среди приднестровцев, хорошо помнящих войну девяносто второго года.
Тяжелее всего мне было говорить с Ксенией Федоровной Остапенко - амой расстрелянного террористами Николая Остапенко и Людмилой Яковлевной Гусар - вдовой Александра Гусара, сожженного ими. Я просил у них прощения и говорил, что, отпуская Илашку, мы считаем одновременно необходимым, чтобы Республика Молдова признала факт агрессии против приднестровского народа, извинилась за причиненные страдания и возместила ущерб, нанесенный в ходе войны Приднестровской Молдавской Республике.
Эти предложения я и изложил новому Президенту Молдовы уже на первой встрече, а на второй встрече передал ему документ с конкретной суммой ущерба, который составил свыше 77 миллионов долларов.
Конечно, никакие возмещения ущерба не вернут жизней погибших...
Однако, мы считаем, что свой справедливый подход в этом вопросе, свою добрую волю на этот раз должно уже продемонстрировать новое руководство Молдовы. Приднестровская сторона сделала очень нелегкий шаг навстречу..
Кстати, я все же надеялся, что новый Президент Молдовы Воронин, так ратовавший за освобождение Илашку из тюрьмы в Тирасполе, передаст его органам юстиции Молдовы для разбирательства и суда над ним по законам Молдовы.
Но этого не произошло, и Илашку убыл в Румынию, сенатором которой его не так давно избрали. И теперь уже дело Румынии - приютить террориста и убийцу, оставив безнаказанными его преступления или, все- таки, продемонстрировав стремление к общечеловеческим ценностям и законности, отдать его под суд...
В.Н.Воронин пока хранит молчание по вышеозначенным вопросам, связанным с агрессией против Приднестровья, впрочем, как и по проблемам вступления Молдовы в Союз России и Белоруссии и введения русского языка в качестве государственного...
Слишком долгое молчание - это тоже ответ.
Наши взаимоотношения с Молдовой, на которых я подробно остановился, конечно, не исчерпывают всего спектра сегодняшних проблем внешнеполитической деятельности приднестровского государства.
Развитие всесторонних связей с Россией и Украиной, другими странами СНГ являются ее важнейшими составляющими, активное политическое и экономическое сотрудничество отвечают интересам народа Приднестровской Молдавской Республики, укрепляют позиции Приднестровской Молдавской Республики на международной арене.
Наше государство готово устанавливать новые контакты со всеми странами, развивая не только экономические связи, но и закрепляя позиции, которые бы позволили уже в ближайшие годы говорить о Приднестровской Молдавской Республике как о государстве, признанном не только экономически, но и дипломатически.
Мы обращаем свой взгляд в будущее и создаем его.